Preview

Вестник урологии

Расширенный поиск

Лечение камней почек: стандарты и инновации

https://doi.org/10.21886/2308-6424-2019-7-2-93-111

Полный текст:

Аннотация

Мочекаменная болезнь остаётся одним из самых распространённых заболеваний в урологии, а камни почек составляют самую распространённую и актуальную часть этой проблемы. Актуальность темы нефролитиаза и его лечения определяет рост заболеваемости, отмеченный во всем мире, многообразие вариантов лечения с продолжением разработки новой техники. На сегодняшний день определены не все стандарты лечения камней почек различных размеров и локализаций. При этом новые тенденции в лечении могут изменить уже существующие стандарты. В данном литературном обзоре рассмотрены существующие стандарты лечения камней почек. Более подробно анализирована перкутанная нефролитотрипсия с её осложнениями, связанными с инструментами и энергиями, используемыми для разрушения и удаления конкрементов почек. Нами проведён анализ инновационных миниперкутанных техники и тенденций развития чрескожной хирургии нефролитиаза с целью определения их значимости в лечении камней почек.

Для цитирования:


Трусов П.В., Гусев А.А. Лечение камней почек: стандарты и инновации. Вестник урологии. 2019;7(2):93-111. https://doi.org/10.21886/2308-6424-2019-7-2-93-111

For citation:


Trusov P.V., Gusev A.A. Treatment of kidney stones: standards and innovations. Urology Herald. 2019;7(2):93-111. (In Russ.) https://doi.org/10.21886/2308-6424-2019-7-2-93-111

Введение

Распространённость почечнокаменной болезни в течение жизни оценивается в 1-15% в зависимости от возраста, пола, расы и географического положения. Данные из набора данных Национального обследования здоровья и питания (NHANES) продемонстриро­вали линейное увеличение распространённости камней в почках среди взрослого населения США за последние несколько десятилетий [1], с по­следней оценкой распространённости в 8,8% за период 2007-2010 годы [2, 3].

В Германии уже в конце прошлого века забо­леваемость мочекаменной болезнью выросла до 9% [4].

Рост распространённости почечнокаменной болезни является глобальным явлением. Данные из пяти европейских стран, Японии и США пока­зали, что заболеваемость камнями почек и их распространённость со временем увеличивается во всем мире [5]. В уникальном наборе данных, полученном в результате серии общенациональ­ных опросов, проведённых Japanese Society on Urolithiasis Research, было показано увеличение ежегодной частоты случаев впервые обнару­женных камней мочевых путей с поправкой на возраст с 54,2 на 100000 в 1965 году до 114,3 на 100000 в 2005 году. Хотя заболеваемость увели­чилась во всех возрастных группах, а также среди мужчин и женщин, возраст пиковой заболевае­мости сместился у мужчин с 20-49 лет в 1965 году до 30-69 лет в 2005 году и у женщин с 20-29 лет в 1965 году до 50-79 лет в 2005 году, т.е. в более старшие возрастные группы [6]. По данным О.И. Аполихина с соавт., абсолютное число зареги­стрированных больных мочекаменной болезнью в РФ в период с 2002 по 2009 годы увеличилось на 17,3%. Рост этого показателя в 2009 году по сравнению с 2008 годом составил 3,5% (с 502,5 до 520,2 на 100000 человек населения) [7].

Было высказано предположение, что рост заболеваемости и распространённости мочека­менной болезни, наблюдаемый в Соединённых Штатах и во всем мире, можно отчасти объяс­нить увеличением обнаружения бессимптомных камней за счёт более широкого использования рентгенографических исследований, особенно компьютерной томографии [8, 9]. В Исландии с 1985 по 2008 годы (5945 случаев первично диа­гностированных камней почек) исследователи обнаружили, что ежегодная заболеваемость мо­чекаменной болезнью значительно увеличилась со 108 на 100000 в первые 5 лет исследования до 138 на 100000 в оставшийся временной интер­вал исследования (р<0,001). Тем не менее, было определено, что ежегодное количество симптома­тических камней не увеличивалось значительно в сравнении со значительным увеличением частоты обнаружения бессимптомных камней у обоих по­лов (от 7 до 24 на 100000 у мужчин, р<0,001 и от 7 до 21 на 100000 у женщин, р<0,001) [8].

Лечение обычно рекомендуется для симпто­матических камней, включая те, которые связа­ны с болью, инфекцией, обструкцией, активным ростом камней и значительной гематурией. Од­нако имеющиеся данные менее ясны в том, как подходить к минимально симптоматическим или бессимптомным почечным камням.

Burgher A et al. (2004) ретроспективно об­следовали 300 пациентов мужского пола с бес­симптомными почечными камнями со средним периодом наблюдения 3,26 года. Прогрессиро­вание заболевания, определяемое как необхо­димость вмешательства, рост камней или раз­витие боли, связанной с камнями, наблюдалось у 77% пациентов, причём 26% пациентов нужда­лись в операции. Больший размер камня и рас­положение его в почечной лоханке были связаны с прогрессированием заболевания. Все камни в почечной лоханке и камни размером более 15 мм были связаны с прогрессированием заболе­вания. Экстраполированный риск вмешательства через 7 лет составил 50% [10]. В аналогичном ис­следовании проведённом Boyce CJ et al. (2010), у 20,5% пациентов с изначально бессимптомными почечными камнями в течение 10-летнего пери­ода появились симптомы [8]. Koh LT et al. (2012) обнаружили 20% случаев самопроизвольного от- хождения, 46% случаев прогрессирования кам­ней и 7,1% случаев оперативного вмешательства [11]. Inci K et al. (2007) показали, что примерно одна треть конкрементов нижних полюсов уве­личивается, 21% отходят самопроизвольно, а 11% в конечном итоге требуют вмешательства. Средний размер камней был 8,8 мм, а средний период наблюдения составил 52 месяца. Ника­кого вмешательства не требовалось ни у одного пациента в течение первых 2 лет наблюдения [12]. В аналогичном проспективном рандомизи­рованном исследовании YurukEetal. (2010) про­демонстрировали 18,7% вмешательств при бес­симптомных почечных камнях нижнего полюса с медианой времени до вмешательства 22,5 ме­сяца [13]. KangHWetal. (2013) сообщили о 29% частоте самопроизвольных отхождений, 24,5% вмешательств и 53,6% появления симптомов, об­условленных конкрементами у 347 пациентов со средним периодом наблюдения 31 месяц [14].

Эти исследования позволяют сделать ряд вы­водов о бессимптомных почечных камнях. Во- первых, общее прогрессирование заболевания, определяемое развитием связанных с камнями симптомов или ростом камней, происходит в 50-80% случаев в течение 5 лет. Во-вторых, само­произвольное прохождение камней происходит примерно в 15% случаев и более вероятно для камней размером 5 мм или меньше. В-третьих, более крупные камни и те, которые находятся в почечной лоханке, с большей вероятностью станут симптоматическими. Наконец, риск воз­можного хирургического вмешательства при из­начально бессимптомных почечных камнях со­ставляет примерно 10-20% через 3-4 года после того, как камни были обнаружены впервые.

Наиболее сложной проблемой мочекамен­ной болезни являет проблема лечения корал­ловидных камней почек (Staghorn stones) - это крупные почечные камни, которые занимают большую часть или всю полостную систему поч­ки. Камни часто заполняют почечную лоханку и разветвляются на окружающие чашечки. Не су­ществует стандартизированных определений для полных и частичных коралловидных камней, хотя большинство считает, что полные коралло­видные камни занимают всю полостную систему почки, тогда как частичные коралловидные кам­ни занимают меньший объем. Струвиты состав­ляют большинство коралловидных камней, хотя эта конфигурация может включать в себя любой тип камня [15].

Современный консенсус заключается в том, что коралловидные камни следует лечить с це­лью полного их удаления [16]. Не оперированные коралловидные камни связаны с рецидивирую­щими инфекциями мочевых путей, уросепсисом, снижением функции почек и высокой вероятно­стью смерти [15, 17-18]. Без лечения полная по­теря почечной функции у 50% поражённых почек может произойти через 2 года.

На сегодняшний день нет общепризнанного стандарта лечения камней почек. Общее коли­чество камней в почках, или общий объем камня (камней), нуждающихся в лечении, возможно, является наиболее важным фактором, влияю­щим на принятие решения о варианте лечения.

Большинство (от 50 до 60%) одиночных кам­ней в почках имеют размер 1 см или менее, и многие из них протекают бессимптомно. Почти все почечные камни 1 см или меньше можно лечить с помощью дистанционной литотрипсии (ДЛТ), уретерореноскопии (УРС) или перкутан- ной нефролитотомии (ПКНЛ). Лапароскопиче­ское или открытое удаление камней необходимо в чрезвычайно редких случаях, чаще всего, когда имеется аномальная анатомия.

Дистанционная литотрипсия

ДЛТ считается первой линией лечения кам­ней почек не более 1 см, как наименее инвазив­ный метод, при котором достигается достаточно высокий уровень полной элиминации конкре­ментов и не требующий сложных технических на­выков. В последнее время увеличилось исполь­зование гибких уретерореноскопов, и в опытных руках гибкая УРС теперь может рассматриваться, как альтернативная первичная хирургия камней почек размером 1 см или менее. Камни с высо­кой плотностью по данным КТ (≥900 HU) и камни, расположенные в нижних полюсных чашечках, представляют собой особые ситуации, в которых эффективность ДЛТ низкая. В этих случаях УРС или ПКНЛ могут быть предпочтительными вари­антами лечения первой линии или становятся не­обходимыми в случае неэффективности ДЛТ.

Европейская ассоциация урологов (European Association of Urology, EAU) в своих рекомендаци­ях по мочекаменной болезни рекомендует ДЛТ в качестве первой линии лечения всех камней в почках 10 мм и менее, с УРС в качестве альтерна­тивы для отдельных случаев и ПКНЛ, для случаев, когда ДЛТ и УРС были не эффективны [19]. Аме­риканская урологическая ассоциация (American Urological Association, AUA) не опубликовала ру­ководящие принципы для почечных камней раз­мером не более 10 мм.

Противопоказаниями к ДЛТ является: 1. бе­ременность; 2. некорректируемая коагулопатия; 3. не леченная инфекция мочевыводящих путей; 4. артериальная аневризма около камня (анев­ризма почечной артерии или брюшного отдела аорты); обструкция мочевых путей дистальнее камня; 6. невозможность нацелить ударно-вол­новое воздействие на камень (порок развития скелета). Факторами, негативно влияющими на эффективность ДЛТ, являются: 1. состав камня (цистин, брушит, моногидрат оксалата кальция, матрица); 2. плотность камня >1000 HU; 3. рас­стояние от кожи до камня > 10 см (морбидное ожирение); 4. анатомические аномалии почек (подковообразная почка, диветрикул чашечки); 5. неблагоприятная анатомия нижнего полюса (узкая, искривлённая или удлинённая шейка ча­шечки нижнего полюса).

Многоцентровое исследование уретероре- носкопии, которое включало 11885 пациентов, показало 85,6% случаев полной элиминации камней, хотя это исследование включало как мо­четочниковые, так и почечные камни. Высокая эффективность УРС достигается за счёт традици­онно более высокого, в сравнении с ДЛТ, уровня осложнений. Хотя современные уретероскопические исследования показали значительно мень­шую частоту осложнений, чем в предыдущие годы. В глобальном исследовании уретероско- пии общий уровень осложнений составил 3,5%, при этом сепсис (0,3%), стриктура мочеточника (0,3%) и смерть (0,02%) встречались редко [20].

ПКНЛ остаётся в резерве при неэффектив­ности ДЛТ и УРС, а также для пациентов с ана­томическими особенностями, такими, как камни чашечек нижнего полюса с острым чашечко-лоха- ночным углом или камни дивертикулов чашечек, при которых ПКЛТ является более эффективной операцией. В рандомизированном исследова­нии лечения 70 пациентов с почечными камня­ми размером менее 1,5 см с использованием микро-ПКНЛ или УРС обнаружено, что состояние «без камней» достигнуто в 94% при УРС и в 97% при микро-ПКНЛ [21].

При камнях почки размером от 1 см до 2 см эффективность ДЛТ уменьшается, в то время как потребность во вспомогательных манипуляциях и повторном лечении возрастает. И это происхо­дит с увеличением размеров камней [22, 23].

Для камней от 1 см до 2 см, которые не рас­положены в нижнем полюсе, ДЛТ традиционно рекомендована в качестве первой линии в руко­водствах по лечению мочекаменной болезни от EAU [24].

Исследования показывают, что после одного сеанса ДЛТ, частота полной элиминации камня составляет 56,8% при размерах от 11 до 15 мм и 35,1% при размерах от 16 до 20 мм одиночных камней чашечек, а для камней аналогичных раз­меров в почечной лоханке - 64,4% и 42,7% соот­ветственно [23, 25].

УРС также может быть использована при не­удачной ДЛТ, позволяя 58% этих пациентов осво­бодиться от камней после одной манипуляции и до 76% пациентов после двух УРС [23]. В отличие от ДЛТ, которая становится менее эффективным вмешательством с увеличением расстояния от кожи до камня, результаты УРС не ухудшались у пациентов с избыточной массой тела (ИМТ) [26].

ПКНЛ имеет более высокие показатели «без камней» и требует меньше дополнительных про­цедур, чем ДЛТ или УРС в лечении камней почек размерами от 1 см до 2 см. Большая инвазив- ность и более высокая частота значимых ослож­нений ПКНЛ ограничивают её широкое примене­ние в лечении всех почечных камней размером более 1 см. В нескольких исследованиях прове­дены сравнения результатов лечения УРС и ПКНЛ камней почек размерами от 1 до 2 см. Показа­тели успешности были самыми высокими для ПКНЛ (от 91% до 98%), несколько ниже для УРС (от 87% до 91%) и значительно ниже для ДЛТ (от 66% до 86%). Как и ожидалось, в группе ПКНЛ от­мечены более серьёзные осложнения, но была самая низкая потребность в дополнительных процедурах [27, 28]. Разница в эффективности лечения становится ещё более очевидной при прямом сравнении ДЛТ (37%) с ПКНЛ (95%) для камней нижних полюсов, что продемонстриро­вано в проспективном рандомизированном ис­следовании [29].

Использование меньших по диаметру оболо­чек доступа в почку при ПКНЛ привело к появле­нию терминов «мини-перк», «микро-перк» и т. д. В целом, «мини-перк» показал эквивалентный стан­дартному ПКНЛ клиренс камня (96% против 100%) с меньшим снижением уровня гемоглобина, более коротким пребыванием в стационаре и снижением потребности в анальгетиках [21, 30, 31].

При почечных конкрементах 2 см и более ПКНЛ рассматривается, как лечение первой ли­нии. Хорошие показатели полной элиминации конкрементов являются компромиссом для бо­лее частых и более серьёзных осложнений после ПКНЛ в сравнении с УРС или ДЛТ. Общая частота осложнений составляет от 20% до 30%, при этом, переливание крови потребовалось в 5-10% слу­чаев, тяжёлый сепсис развился в <1%, а кровоте­чение, потребовавшее ангиоэмболизации, в <1% [32, 33]. Результаты могут быть улучшены, а кровопотеря уменьшена, если используется гибкая нефроскопия при стандартной ПКНЛ [34].

В лечении частичных и полных коралловид­ных камней почек ПКНЛ является методом вы­бора. Нефрэктомия показана при выраженном снижении функции почки и при поражении её ксантогранулематозным пиелонефритом. Как в руководстве AUA, так и в руководстве EAU по мочекаменной болезни, ПКНЛ рекомендуется в качестве первой линии лечения коралловидных камней у большинства пациентов [15, 20]. Часто­та «без камней» выше при ПКНЛ (78%), чем при ДЛТ (от 22% до 54%) или при открытой операции (71%) [15, 35, 18].

Комбинированная терапия с использовани­ем нескольких эндоурологических методов была использована в качестве альтернативы моноте­рапии ПКЛН. Тем не менее, результаты комбинированого лечения были сопоставимы с теми результатами, которые были получены при ис­пользовании ПКНЛ в монорежиме или при от­крытой нефролитотомии [36]. Поскольку ПКНЛ позволяет быстро и эффективно лечить большие камни при эффективном клиренсе камня и вос­становлении пассажа, комбинированные под­ходы должны основываться на ПКНЛ в качестве основной процедуры. Использование гибкой нефроскопии во время ПКНЛ может улучшить кли­ренс камня, а также уменьшить количество путей доступа к чашкам, недоступным для жестких ин­струментов [37]. Ретроградная гибкая УРС может иметь аналогичное применение [38].

Открытая нефролитотомия, которая когда-то была предпочтительным подходом к лечению коралловидных камней, теперь зарезервиро­вана для редких случаев, когда осложняющие факторы делают ПКНЛ невозможной или мало­вероятной для достижения достаточного клирен­са камня в пределах приемлемого количества/ комбинации процедур [39]. Кроме того, длитель­ность пребывания в стационаре, риск перелива­ния крови и потери функции почек, а также по­слеоперационная боль и время восстановления - все это лучше при ПКНЛ в сравнении с открытой нефролитотомией.

Таким образом, роль ПКНЛ в лечении почеч­ных камней в настоящее время велика и про­грессивно увеличивается от «метода выбора» до «первой линии лечения» по мере увеличения размеров конкремента. В то же время, как метод инвазивного лечения, ПКНЛ связана с большим количеством серьёзных осложнений, в сравне­нии с ДЛТ и УРС.

При выполнении ПКНЛ большинство камней размером более 5-8 мм требуют фрагментации с последующим извлечением полученных фраг­ментов. В настоящее время существует несколько технологий внутрикорпоральной литотрипсии: электрогидравлические, ультразвуковые, бал­листические или пневматические, а также раз­личные лазерные системы. Требования, предъ­являемые к идеальному литотриптеру, таковы: возможность использовать в различных инстру­ментах и при разных условиях, многофункцио­нальность, регулируемая выходная мощность, эффективность для всех композиций камня, воз­можность многоразового применения, безопас­ность и низкая стоимость [40].

Электрогидравлическая литотрипсия (ЭГЛ), впервые описанная в 1950-х годах, была первой интракорпоральной литотрипсией, доступной для клинического использования [41]. Сегодня, это наименее дорогая доступная альтернатива, которая несмотря на высокую эффективность дробления, является, наименее востребованной, в основном из-за самого низкого профиля без­опасности.

По сути, механизм фрагментации заключа­ется в воздействии на камень электрического разряда, возникающего в жидкой среде. Этот электрический разряд испаряет воду, окружаю­щую зонд, создавая пузырёк кавитации, который быстро расширяется и разрушается. В результа­те этого явления происходит генерация ударной волны, которая воздействует на камень, вызывая его фрагментацию [42].

Из внутрикорпоральных устройств, только ЭГЛ и лазерные системы являются альтернатива­ми для лечения внутрипочечных камней с помо­щью гибких инструментов.

Исследования показали, что ЭГЛ обладает бо­лее низкой эффективностью в сравнении с други­ми механическими литотрипторами, такими как, ультразвуковой и пневматический. Тем не менее, ЭГЛ может играть важную роль в фрагментации и удалении камней, расположенных в труднодо­ступных местах, с помощью гибких эндоскопов во время ПКНЛ [43]. Поскольку ЭГЛ обладает са­мым узким пределом безопасности среди всех методов интракорпоральной литотрипсии, необ­ходимо внимательно следить за техникой, чтобы снизить потенциальный риск осложнений и по­вреждения инструментов.

Ультразвуковая литотрипсия. как и ЭГЛ, по­степенно заменяется пневматической или лазер­ной литотрипсией. Тем не менее, эта технология поддерживает уникальные характеристики мел­кой фрагментации и одновременной аспирации каменных частиц, что делает это устройство все ещё интересным вариантом для обработки кам­ней, особенно в почках. Кроме того, эта техно­логия потенциально может сочетаться с пнев­матической литотрипсией, увеличивая спектр показаний.

Ультразвуковые литотриптеры использу­ют пьезоэлектрические волны для генерации энергии. Ток, передаваемый от педали к пьезо­керамическому кристаллу внутри наконечника, приводит к вибрационной энергии, которая пе­редаётся по сплошному или полому зонду, соз­давая эффект сверления на кончике зонда, что приводит к фрагментации камня [42, 41].

Ультразвуковая литотрипсия чаще всего ис­пользуется для лечения больших камней во вре­мя ПКНЛ. Преимущества этого метода, особенно для обработки больших камней, включают дока­занную безопасность, минимальное воздействие на ткани и возможность аспирации каменного материала через полые зонды во время фраг­ментации. О преимуществах этого устройства при ПКНЛ сообщалось с момента его раннего внедрения в 1970-х годах [44].

Баллистическая / пневматическая литотрип­сия. Lithoclast® использует твердотельный зонд прямого контакта, использующий принцип, по­добный пневматическому отбойному молотку. В этой системе воздух под давлением действует как источник энергии для приведения в движе­ние сердечника, содержащегося в рукоятке, ко­торый передаёт кинетическую энергию на метал­лический стержень, контактирующий с камнем, при давлении 3 атм и частоте 12 Гц. Повторные удары наконечника зонда о камень приводят к механическому разрушению камня. В устройстве используются твердые зонды, размеры которых варьируются от 0,8 до 3,0 мм; они не допускают одновременной эвакуации каменных частиц; их можно использовать только через жёсткий эндо­скоп [42, 41].

Исследования влияния Lithoclast® на ткани у животных продемонстрировали безопасность устройства. После пробного зондирования были видны очаговые области кровоизлияния, но пер­фораций мочевого пузыря, травм мочеточника или слизистой оболочки не наблюдалось, как и других отсроченных повреждений, связанных с использованием устройства [45, 46]. Lithoclast® универсально эффективен при камнях в почках, мочеточниках и мочевом пузыре, включая очень твёрдые камни. При лечении крупных камней в почках или мочевом пузыре в большинстве се­рий сообщается о степени фрагментации, превы­шающей 95% [47, 48].

Сочетание эффективности фрагментации пневматической литотрипсии с аспирационной и очищающей способностью ультразвуковой энер­гии вносит важный вклад в интракорпоральную литотрипсию. Это, вероятно, самое эффективное устройство, для ПКНЛ. Исследования in vitro про­демонстрировали значительно более короткое время фрагментации фантомных камней с по­мощью комбинированного пневматического/ ультразвукового блока (7,41 мин) по сравнению с ультразвуком (12,87 мин) или пневматическим литотриптером (23,76 мин) при моноисполь­зовании [49]. Клинические исследования этого устройства доказали эффективность фрагмента­ции и очистки при ПКНЛ с частотой «без камней» от 76% до 89,7% [50, 51]. Более быстрая фраг­ментация и очистка от осколков камня отмечена в клиническом исследовании сравнения комби­нированного режима с только пневматическим режимом [52]. В другом клиническом исследова­нии обнаружено значительное улучшение фраг­ментации с использованием режима комбиниро­вания при твёрдых камнях и отсутствие значимой разницы между комбинацией режимов и только ультразвуковой энергией при мягких камнях [53].

Электрокинетическая литотрипсия (ЭКЛ) ис­пользует такой же принцип «отбойного молотка», как и Lithoclast®; единственное отличие состоит в том, что в ЭКЛ используется магнитный сердеч­ник, который ускоряется электромагнитным по­лем. Электромагнитное поле, создаваемое вну­три рукоятки, допускает вибрацию сердечника с частотой 15-30 Гц; эти колебательные движения передаются на дистальный конец зонда и произ­водят эффект отбойного молотка на камнях.

В рандомизированном исследовании, срав­нивавшем ЭКЛ и пневматическую литотрипсию, они продемонстрировали аналогичную эффек­тивность с показателями «без камней» 94,7% и 89,4%, соответственно, и отличным запасом прочности [54].

Лазерная литотрипсия. Обычным лазерным кристаллом является иттрий-алюминиевый гра­нат (yttrium aluminum garnet (YAG)). Лазеры с ис­пользованием YAG, легированного неодимом, гольмием, эрбием и тулием, были изготовлены и изучены для применения в урологии. Из них длинноимпульсный (длительность импульса 250-350 мс) гольмиевый YAG-лазер (Ho: YAG) стал доминирующим лазером, используемым в настоящее время для литотрипсии, благода­ря своей универсальности и профилю безопас­ности. Другим твердотельным лазерным литотриптором является лазер FREDDY (удвоенный по частоте двойной импульс Nd:YAG). Этот лазер использует кристалл KTP в резонаторе Nd:YAG- лазера, чтобы производить и излучать лазерный луч на длине волны 1064 нм и длине волны 532 нм одновременно.

Доступны несколько типов лазера для обра­ботки камня. Лазерные системы различаются по длине волны, совместимому диаметру волокна и длительности импульса, что приводит к различ­ным механизмам фрагментации камня. Пред­ставленные лазерные системы можно разделить на фотоакустические лазеры и фототермические лазеры.

В фотоакустических лазерах энергия достав­ляется в воде или камне и создаёт пузырьки пара [55]. При коллапсе пузырька пара возникает эф­фект давления на поверхность камня, что приво­дит к его фрагментации. Для достижения макси­мальной эффективности фрагментации волокно должно располагаться на небольшом расстоянии от поверхности камня, чтобы обеспечить лучшее образование и расширение пузырьков.

Из-за распространения фотоакустического эффекта по окружности волокно можно исполь­зовать сбоку от камня с достижением аналогич­ного эффекта фрагментации. К этой группе отно­сятся лазеры в сине-зелёной части спектра, такие как лазер FREDDY (удвоенный по частоте двойной лазер Nd:YAG, 532 нм) или импульсный лазер на красителе (504 нм). Эти лазерные устройства из­лучают лазерную энергию на длине волны, кото­рая поглощается камнями определенного цвета и гемоглобином.

Из-за поглощения гемоглобина эти лазеры имеют высокий уровень безопасности [56, 57], поскольку энергия, которая случайно попадает на слизистую оболочку, поглощается и уносится кровотоком. Гемоглобин действует как «теплоот­вод» для энергии лазера [58].

Тем не менее, фотоакустические лазеры име­ют недостатки в фрагментации цистиновых, а так­же оксалатно-кальциевых конкрементов [59, 60].

Импульсный лазер на красителе был одной из первых лазерных систем, использованных для лечения мочевых камней. Он имеет длину вол­ны излучения 504 нм. Короткая длительность импульса, составляющая приблизительно 1 мс, обеспечивает эффективную фрагментацию кам­ня. Так как энергия не поглощается водой, риск термического повреждения уротелия во время обработки камня уменьшается и, следовательно, уменьшается потребность в оптимальной визуа­лизации [61]. Камни, состоящие из моногидрата оксалата кальция и цистина, а также брушитные камни не могут быть эффективно обработаны этим лазером, поскольку поглощение энергии лазера уменьшается в камнях этого типа [55], что значительно ограничило использование этого лазера в эндоурологической практике [62].

Лазер FREDDY® создаёт импульсы с двумя длинами волн 1064 и 532 нм. В отличие от им­пульсного лазера на красителе, этот лазер гене­рирует не пар, а плазменный пузырь на камне из-за поглощения лазерного импульса с длинной волны 532 нм. Плазма на поверхности камня по­глощает лазерное излучение с длиной волны 1064 нм и дополнительно нагревает плазменный пузырь. Это приводит к его быстрому расши­рению, а затем вызывает коллапс. С этой точки зрения механизм действия сопоставим с тако­вым у импульсного лазера на красителе. Коллапс плазменного пузыря генерирует механическую ударную волну, которая вызывает фрагмента­цию. Обычная длительность импульса составля­ет от 0,3 до 1,5 мс [63]. По сравнению с лазером Ho:YAG, риск повреждения окружающих тканей во время лазерной литотрипсии ниже с исполь­зованием лазера FREDDY®.

Положительны и клинические результаты использования лазера FREDDY®. При дробле­нии камней мочеточника сообщается о частоте «без камней» до 95%, в другом исследовании аналогичная эффективность составила 87% для конкрементов всех локализаций [64]. Однако, сравнимый с импульсным лазером на красителе, FREDDY® лазер не может разбить камни цистина, так как его длина волны не поглощается цистином [65, 66].

Фототермический лазер Ho:YAG работает в среднем инфракрасном диапазоне электромаг­нитного спектра. На этой длине волны энергия лазера поглощается водой. Лазеры такого типы, вызывающие фототермические эффекты, имеют относительно большую длительность импульса, приблизительно 300 мс. Следовательно, выделе­ние энергии в воде происходит медленно [67], а пузырьки пара имеют грушевидную форму. Это приводит к уменьшению кавитации с незначи­тельными волнами акустического давления [68].

В отличие от фотоакустических лазеров, во­локна в этих типах лазеров должны располагать­ся в непосредственном контакте с поверхностью камня [69]. По сравнению с фотоакустическими лазерами при фрагментации камня фототерми- ческим лазером получаемые фрагменты имеют меньший размер [70]. В отличие от фотоакустических лазеров, фототермические лазеры име­ют более низкий уровень безопасности и могут перфорировать или коагулировать мочеточник. Однако все виды камней могут быть фрагменти­рованы с помощью этих типов лазеров [71].

Ho:YAG лазер генерирует энергию с длиной волны 2,1 мм и длительностью импульса 150­1000 мс. Из-за длины волны энергия гольмие- вого лазера эффективно поглощается водой, что приводит к высокому профилю безопасности в системе тканей в водной среде, такой как моче­вые пути [72].

Когда лазерное излучение попадает на моче­вые камни, часть энергии проникает в камень и поглощается водой внутри камня. Это вызывает фрагментацию путем создания давления внутри камня [73]. Кроме того, коллапс пузырька пара вызывает ударную волну, которая передаётся на наружную часть камня и вызывает дополнитель­ную фрагментацию. Уменьшение длительности лазерного импульса при заданной энергии при­ведет к более эффективной фрагментации камня, поскольку пиковая мощность импульса увеличи­вается. Это излучение используется при фрагмен­тации камней через гибкие кремниевые волокна [74]. Ho:YAG лазер способен фрагментировать камни любого состава. В отличие от фотоакустических лазеров, Ho:YAG лазер может эффективно фрагментировать и цистиновые камни. Это при­вело к увеличению количества камней, обрабо­танных уретерореноскопически, при снижении потребности в чрескожных процедурах у этой группы пациентов [75].

Эффективность обработки камней с помо­щью Ho:YAG лазера была показана в самых раз­ных клинических исследованиях. При лечении всех мочевых камней показатель «без камней» достигает 95% [76, 77].

Потенциальными ограничениями являются риск повреждения окружающих мягких тканей, что делает хорошую визуализацию обязатель­ной, и длительные операции, особенно при больших почечных камнях [78, 79].

В сочетании с уретерореноскопами неболь­шого калибра, полужёсткого и гибкого типа, практически каждая точка в собирательной си­стеме почки может быть достигнута и обработа­на эндоскопически.

Лазерные системы стали первым выбором среди устройств фрагментации камня во многих урологических центрах. Тем не менее, в нынеш­нюю эпоху стоимость лечения представляет со­бой важную проблему и во многом определяет какой вариант литотрипсии использовать.

Гибкая и жёсткая уретерореноскопия (УРС)

Первоначально УРС разработана для исполь­зования в мочеточнике. Появление полностью отклоняющихся уретерореноскопов вместе с ис­пользованием гольмиевого лазера расширило показания для УРС при лечении почечных кам­ней, включая камни нижних полюсов. Относи­тельные противопоказания для УРС включают затруднённый доступ к мочеточнику и анома­лии анатомии мочеточника, такие как стриктуры мочеточника и извитой мочеточник. Так как на­личие жировой ткани не сильно влияет на уретероскопический подход к собирательной системе почки, УРС может быть предпочтительным вари­антом лечения для пациентов с патологическим ожирением при небольших размерах конкре­мента [80]. УРС также является предпочтитель­ным методом лечения у пациентов, получающих антикоагулянтную терапию, особенно для тех, у кого данная терапия не может быть временно прекращена. Лечение таких пациентов не увели­чивало количество осложнений, связанных с кро­вотечением [81].

Основным недостатком уретерореноскопии по сравнению с другими методами является очевидная частая потребность в послеопераци­онном стентировании. Наличие мочеточниково­го стента связано с ухудшением качества жизни и симптомами нижних мочевых путей [82]. Это привело к более критическому подходу принятия решения о стентировании после уретроскопии у каждого отдельного пациента, однако избежать стентирования удается не часто [83].

Согласно базе данных Клинического иссле­довательского бюро Эндоурологического обще­ства (Clinical Research Office Of The Endourological Society, CROES) при ПКНЛ чаще всего использу­ется пневматическая литотрипсия (41,6%), затем ультразвук (24%) и комбинированная пневмати­ческая / ультразвуковая литотрипсия (18,3%) с лазерной и электрогидравлической литотрипсией, которые в монорежиме используются только в 7,0% и 1,0% случаев соответственно [33]. Риск послеоперационной инфекции, по-видимому, не связан с устройством для разрушения камня, используемым во время ПКНЛ, согласно той же базе данных [84].

С появлением на рынке мощных лазеров и устройств, позволяющих одновременно прово­дить лазерную литотрипсию и отсасывание, эта методика может завоевать популярность в бли­жайшем будущем.

Перкутанная нефролитотомия (ПКНЛ)

ПКНЛ выполняемая традиционным спосо­бом, включает в себя пункцию соответствующей почечной чашечки, её последующую дилатацию, для введения рабочей оболочки инструмента 28­30 Fr или такой, как оболочка Amplatz™, в почку. Это позволяет фрагментировать и удалять более крупные камни с помощью инструментов, исполь­зуемых через нефроскоп. После операции уста­навливается нефростома для тампонирования кровоточащей паренхимы почки, а также для от­ведения мочи в случае обтурации мочевых путей небольшими фрагментами камня или сгустками крови. Самым большим риском при первоначаль­ной пункции является повреждение крупного по­чечного сосуда, кишки или плевры.

При стандартной ПКНЛ после установки моче­точникового катетера осуществляется первичный ультразвуковой или флюороскопический доступ с последующим размещением направляющей струны в полостной системе почки, удаление пер­вичной пункционной иглы, последовательное расширение пункционного канала и размещение рабочей оболочки инструмента или оболочки ам- пац, удаление расширителей канала.

Распространёнными и значительными ос­ложнениями, связанными с ПКНЛ, являются: си­стемный синдром воспалительного ответа (SIRS), кровотечение, перфорация полостной системы почки и повреждение соседних органов. Другие осложнения включают: перегрузку жидкостью, переохлаждение, внутреннюю миграцию рабо­чей оболочки, стриктуру собирательной системы почки, мочевой кожный свищ и смертность.

SIRS после ПКНЛ является распространён­ным осложнением и, по сообщениям, достигает 23,4%, хотя прогрессирование до полного сеп­сиса является редким (0,3-4,7%) [85]. Факторы риска для SIRS включают: количество доступов в почку, сопутствующее переливание крови, раз­мер камня и наличие пиелокаликоэктазии. В слу­чае развития полномасштабного сепсиса успеш­ность лечения зависит от своевременности и интенсивности. Результаты посевов мочи и кам­ней, выполненные до операции, после операции и в течение лихорадочного периода, имеют боль­шое значение для принятия решения изменения антибиотикотерапии во время лечения [86-88]. Существуют доказательства того, что вероятность развития сепсиса, связанного с ПКНЛ, может быть снижена предоперационным введением ципрофлоксацина в течение одной недели [89].

Кровотечение может развиться из почечной паренхимы в зоне пункционного канала или из области повреждения собирательной системы почки. Венозное кровотечение можно контроли­ровать с помощью нефростомической трубки с широким отверстием. Эффект достигается за счёт прижатия нефростомической трубки к повреж­дённому сосуду и за счёт эффекта тампонады по­лостной системы почки при пережатии дренажа.

Артериальные повреждения могут прояв­ляться поздно (через 3-4 недели после процеду­ры). Более распространёнными артериальными повреждениями являются: артерио-венозная фистула, псевдоаневризма и разрыв артерии. Вмешательства по борьбе с кровотечением тре­буются у 0,6-1,4% пациентов с ПКНЛ [90]. Заре­гистрированные показатели переливания крови после ПКНЛ варьируют от 11,2% до 30,9% [32, 91].

Коралловидные камни, крупные камни, мно­жественные доступы в почку и наличие диабета были связаны с увеличением риска почечного кровотечения во время ПКНЛ при многомерном анализе [92].

Во время ПКНЛ может произойти поврежде­ние структур, прилегающих к почке (плевраль­ная полость, лёгкое, толстая кишка, селезёнка, печень и двенадцатиперстная кишка). Травмы плевры и ободочной кишки были зарегистриро­ваны у 0-3,1% и 0,2-0,8% пациентов соответствен­но, перенёсших ПКНЛ [99].

Абсорбция жидкости также может быть связа­на как с инфекционной, так и с неинфекционной гипертермией, что требует адекватного предопе­рационного контроля мочевой инфекции [93].

Основываясь на данных, предоставленных Британской ассоциацией урологических хирур­гов (British Association of Urological Surgeons, BAUS) [94] и CROES [33], риски, связанные с ПКНЛ, включают послеоперационный сепсис (2%), лихо­радку (10-16%) и перфорацию соседних органов (0,4%). В частности, переливание крови (3-6%) и значительное кровотечение (8%) не являются редкими осложнениями с потенциально разру­шительными последствиями после ПКНЛ. Было показано, что размер пункционного доступа яв­ляется одним из важных факторов для увеличе­ния кровопотери [94] и боли, связанной с про­цедурой [33]. Чтобы снизить риск кровотечений, было рекомендовано использование меньшего размера ПКНЛ-канала для уменьшения травмы почечной паренхимы.

Минимально инвазивная ПКНЛ, «Mini-Perc» (мини-ПКНЛ)

В 1998 году Jackman SV et al. [95] впервые раз­работали специальное минимально инвазивное устройство ПКНЛ (мини-ПКНЛ) для детей. Перво­начальные исследования описывают использо­вание для «мини-перк» короткого уретероскопа. В 2001 году миниатюрный нефроскоп для мини-ПКНЛ у взрослых был впервые разработан и представлен Lahme S et al. [96] в Германии. С тех пор техника «мини-PCNL» быстро развивалась и становилась все более популярной во всем мире. Основная цель ПКНЛ - достичь статуса «без камней», при этом сведя к минимуму забо­леваемость и осложнения. Доказано, что размер тракта является одним из основных параметров, влияющих на частоту осложнений [97].

Манипуляция, по сути, такая же, как стан­дартная ПКНЛ, и обычно проводится под общей или эпидуральной анестезией. Однако Chen Y et al. [98] показали, что из 88 пациентов в их серии 82 пациента хорошо переносили местную ане­стезию, и вся процедура могла быть завершена с приемлемой по визуальной аналоговой шкале оценкой боли. Вполне возможно, что, поскольку доступ в почку не расширен до большого разме­ра, пациенты могут хорошо переносить местную анестезию.

Положение пациента «лёжа на животе» или «лёжа на спине» остаётся выбором хирурга. Chen Y et al. [98] и Fu YM et al. [99] использовали по­ложение на боку, чтобы выполнять мини-ПКНЛ даже для сложных почечных камней и не отме­тили влияния положения пациента на частоту успешного исхода.

После подтверждения правильного доступа, направляющая струна помещается в полостную систему почки. Для расширения канала можно использовать любой баллонный расширитель небольшого размера, либо одностадийный ме­таллический или пластиковый расширитель. Специальный мини-ПКНЛ Karl Storz (KARL STORZ SE & Co, Tuttlingen, Германия) поставляется в комплекте с тремя размерами рабочих оболо­чек 15.5, 16.5 и 21.5 Fr. Каждая оболочка имеет специальный расширитель, на котором должна быть установлена, и общую эндоскопическую оптику 12 Fr. Система Richard Wolf (Richard Wolf Medical Instruments, Tuttlinghan, Германия) имеет расширители размером 12 и 15 Fr, оболочку 15 Fr и оптику 12 Fr. Вместо фирменной оболочки также может использоваться оболочка Amplatz (с её расширителем) любого размера. Большинство авторов используют 0,9% изотонический солевой раствор в качестве системы орошения, поступаю­щий под действием силы тяжести. Li X et al. [100] использовали сильный ирригационный поток для удаления осколков камня в очень большой серии 4760 мини-ПКНЛ со средним временем работы всего 78 мин. Однако, Desai MR et al. [101] предостерегают от повышенного внутрипочечного давления, которое может вызвать интравазацию ирригационной жидкости и в результате раз­витие сепсиса.

Разрушение камня осуществляется с по­мощью лазерной, пневматической или ультра­звуковой энергии. Chen S et al. [102] сравнили мощный (70 Вт) и маломощный (30 Вт) лазер и показали, что с помощью мощного лазера время работы может быть значительно сокращено без каких-либо дополнительных осложнений при со­хранении того же профиля безопасности. Song L et al. [103] сравнили лазер высокой мощности вместе с запатентованной ирригационной систе­мой с ультразвуковой литотрипсией EMS (Electro Medical Systems, Nyon, Швейцария) и обнаружи­ли, что использование лазерной литотрипсии в первой группе приводит к сокращению времени операции и сокращению количества этапов.

Если клиренс фрагментов подтверждён при рентгеноскопии и процедура прошла успешно, без значительного кровотечения, нефростомический дренаж может не понадобиться. Многие авторы сейчас предпочитают делать бездренажные операции с введением гемостатического герметика с желатиновым матриксом в пункционный канал, при этом отмечают, что пациенты могут быть выписаны в более ранние строки. Другие авторы предпочитают не вводить какой-либо герметик, имея те же преимущества. Рутин­ное размещение антеградного двойного J-стента не рекомендуется, даже если планируется без- дренажная процедура [30, 104].

Исследование, в котором участвовало 1368 пациентов, продемонстрировало, что мини- ПКНЛ смог достичь высокого показателя «без камней» - 82% при использовании инструмента 16 Fr [105]. В ретроспективном исследовании 5 761 простых почечных камней и 8 223 сложных почечных камней, которые были пролечены мини-ПКНЛ в период с 1992 по 2011 год показа­но, что состояние «без камней» было достигнуто при одноэтапных мини-ПКНЛ в 77,6% для про­стых камней и 66,4% для сложных камней [106].

Осложнения мини-ПКНЛ. Показано, что стан­дартный ПКНЛ при камнях от 1 до 2 см может привести к значительному снижению уровня гематокрита и периодической необходимости переливания крови [107]. Kukreja R et al. [97] по­казали, что размер канала является одним из важных факторов кровопотери во время ПКНЛ.

Несколько авторов в проспективном иссле­довании сообщили о значительно меньшей кро- вопотере, когда они выполняли мини-ПКНЛ с ис­пользованием инструмента размером менее 20 F [30, 107, 108]. Вполне вероятно, что нефроскоп меньшего размера обеспечивает меньший кру­тящий момент в инфундибулах и шейке чашечки, тем самым уменьшая вероятность кровотечения во время внутрипочечных манипуляций. Показа­но, что при лечении крупных или коралловидных камней и выполнении нескольких доступов для мини-ПКНЛ такое осложнение, как кровотече­ние, встречалось редко [99, 100].

Такие послеоперационные осложнения, как артерио-венозные фистулы, аневризмы, имеют высокую клиническую значимость и могут при­вести к нефрэктомии. В исследовании сравнения мини-ПКНЛ в лечении сложных почечных камней одним и двумя доступами не было значительной разницы в переоперационной кровопотере. Од­нако у трёх пациентов развилось тяжёлое вто­ричное кровоизлияние, одному из них была вы­полнена нефрэктомия [100].

Как и в стандартной ПКНЛ, одним из факто­ров потери крови при мини-ПКНЛ может быть по­вреждение кровеносного сосуда во время перво­начальной пункции. Lu MH et al. [109] сравнили ультразвуковое наведение в B-режиме (группа 1) и наведение с использованием цветного доплеровского картирования (группа 2) для почечного доступа во время мини-ПКНЛ. Из 187 пациентов в группе 1 пяти пациентам потребовалось пере­ливание крови, из них четырём пришлось вы­полнить селективную ангиоэмболизацию. Из 110 пациентов в группе 2 ни у кого не было кровотече­ния и не требовалось переливание крови. Таким образом, пункция под цветным допплеровским ультразвуковым контролем может уменьшить вероятность кровотечения.

Zeng G et al. показали, что общая частота ос­ложнений при мини-ПКНЛ в лечении простых и сложных камней почек составила 17,9% и 19,0%, а частота переливания крови составила 2,2% и 3,2% соответственно [106].

В нескольких исследованиях сравнения мини-ПКНЛ и стандартной ПКНЛ не было выяв­лено существенной разницы в состоянии «без камней». В другом исследовании было пока­зано, что мини-ПКНЛ может достичь лучшего показателя клиренса для некоторых камней ча­шечек (85,2% против 70,0%) [107]. Более высо­кий уровень состояния «без камней» был также достигнут при лечении коралловидных камней с помощью мини-ПКНЛ через множественные доступы (89,7% против 68,0%) [110]. У пациен­тов с единственной почкой и камнем размером более 2 см мини-ПКНЛ оказался значительно более эффективной альтернативой выполнению УРС с сопоставимой частотой осложнений [111]. Было показано, что у пациентов с аномальными почками, такими как подковообразная почка, по­ликистозная почка и пересаженная почка, мини-ПКНЛ является безопасным и выполнимым [107, 110-112].

Мета-анализ, включающий 749 пациентов из 4 проспективных исследований и 1 ретроспек­тивной когорты, не смог выявить превосходства мини-ПКНЛ в сравнении с обычными ПКНЛ в от­ношении показателя «без камней». Тем не ме­нее, авторы смогли продемонстрировать, что у пациентов, получавших мини-ПКНЛ, более низ­кий риск послеоперационного переливания кро­ви, более короткое пребывание в стационаре и меньшие послеоперационные боли [113].

В настоящее время размеры минимально ин­вазивных ПКНЛ варьируются от 4,8 до 22 Fr, вклю­чая мини-ПКНЛ (14-22 Fr), ультра-мини ПКНЛ (11­13 Fr) и микро-ПКНЛ (4,85-10 Fr) [114].

Другая номенклатура предложена Schilling D et al. [115]. Они предложили свою номенклатуру размеров канала доступа в почку по отношению к размеру внешней оболочки инструмента: XL> 25 Fr, L от 20 до <25 Fr, M от 15 до <20 Fr, S от 10 до <15 Fr, XS от 5 до <10 Fr и XXS <5 Fr.

Комбинированные, стандартные и мини-до­ступы могут быть рекомендованы для крупных, коралловидных и множественных камней по­лостной системы почки. В этих случаях допол­нительные небольшие почечные каналы могут улучшить анатомическую доступность конкре­мента, уменьшая почечную травму и вероятность кровотечения и улучшая полную элиминацию конкремента [116, 117].

Осложнения ультра-мини ПКНЛ [95, 118­123]. Общая частота осложнений составила 6,2% [классификация Clavien I (57%), II (36%), III (7%)], без каких-либо осложнений Clavien IV или V в любом из этих исследований. В двух исследова­ниях Schoenthaler M et al. сообщили о частоте ос­ложнений 7% [118] и Demirbas A et al. сообщили о частоте осложнений 23,4%, включая два (6,7%) осложнения Clavien I-II и пять (16,7%) осложне­ний Clavien III [121]. Среднее снижение уровня ге­моглобина во всех исследованиях составило 10,5 г/л, ни одно из них не сообщало о переливании крови, и ни в одном из них не было зарегистри­ровано ни одного случая смерти. В целом только один случай (0,4%) был переведён в стандартную ПКНЛ.

Осложнения микро-ПКНЛ [21, 124, 125]. Об­щая частота осложнений составила 15,2% [клас­сификация Clavien I (44%), II (28%), III (28%)], без осложнений Clavien IV или V. В то время как наиболее распространённым незначитель­ным осложнением, была гематурия, которая разрешилась спонтанно (n=5), все осложнения Clavien III были разрешены после экстренного введения JJ стента. Среднее снижение уровня гемоглобина составило 10,2 г/л, общий коэф­фициент переливания составил 0,85%, и толь­ко в одном случае потребовался переход на мини-ПКНЛ.

Для тех, кто имеет опыт работы со стандарт­ным ПКНЛ переход на использование инстру­ментов меньшего размера является шагом в правильном направлении, особенно для камней от 1 до 2,5 см. Проведённые исследования пока­зывают хороший хирургический комфорт во вре­мя операции с использованием методов мини- ПКНЛ [126].

Заключение

Существующие на сегодняшний день тенден­ции научных исследований в лечении камней почек связаны преимущественно с минимально инвазивными техниками ПКНЛ: расширением показаний в лечении крупных и коралловидных камней за счёт совершенствования оборудова­ния для разрушения камня с одной стороны, с другой стороны расширением показаний в лече­нии небольших конкрементов прежде всего за счёт снижения травматического воздействия при минимизации размеров инструмента.

Список литературы

1. Stamatelou KK, Francis ME, Jones CA, Nyberg LM, Curhan GC. Time trends in reported prevalence of kidney stones in the United States: 1976-1994. Kidney Int. 2003;63:1817-1823. DOI: 10.1046/j.1523-1755.2003.00917.x

2. Scales CD Jr, Curtis LH, Norris RD, Springhart WP, Sur RL, Schulman KA, Preminger GM. Changing gender prevalence of stone disease. J Urol. 2007;177:979-982. DOI: 10.1016/j.juro.2006.10.069

3. . Scales CD Jr, Smith AC, Hanley JM, Saigal CS; Urologic Diseases in America Project. Prevalence of kidney stones in the United States. Eur Urol. 2012;62(1):160-165. DOI: 10.1016/j.eururo.2012.03.052

4. Hesse A, Brandle E, Wilbert D, Kohrmann KU, Alken P. Study on the prevalence and incidence of urolithiasis in Germany comparing the years 1979 vs. 2000. Eur Urol. 2003;44(6):709-713. PMID: 14644124

5. Romero V, Akpinar H, Assimos DG. Kidney stones: a global picture of prevalence, incidence, and associated risk factors. Rev Urol. 2010;12:e86-96. PMID: 20811557

6. Yasui T, Iguchi M, Suzuki S, Kohri K. Prevalence and epidemiologic characteristics of urolithiasis in Japan: national trends between 1965 and 2005. Urology. 2008;71(2):209-213. DOI: 10.1016/j.urology.2007.09.034

7. Аполихин О.И., Сивков А.В., Бешлиев Д.А., Солнцева Т.В., Комарова В.А. Анализ уронефрологической заболеваемости в Российской Федерации по данным официальной статистики. Экспериментальная и клиническая урология. 2010;1:4-11. eLIBRARY ID: 20153354

8. Boyce CJ, Pickhardt PJ, Lawrence EM, Kim DH, Bruce RJ. Prevalence of urolithiasis in asymptomatic adults: objective determination using low dose noncontrast computerized tomography. J Urol. 2010;183(3):1017-21. DOI: 10.1016/j.juro.2009.11.047

9. Edvardsson VO, Indridason OS, Haraldsson G, Kjartansson O, Palsson R. Temporal trends in the incidence of kidney stone disease. Kidney Int. 2013;83(1):146-152. DOI: 10.1038/ki.2012.320.

10. Burgher A, Beman M, Holtzman JL, Monga M. Progression of nephrolithiasis: long-term outcomes with observation of asymptomatic calculi. J Endourol. 2004;18(6):534-539. DOI: 10.1089/end.2004.18.534

11. Koh LT, Ng FC, Ng KK. Outcomes of long-term follow-up of patients with conservative management of asymptomatic renal calculi. BJU Int 2012; 109(4):622-625. DOI: 10.1111/j.1464-410X.2011.10329.x

12. Inci K, Sahin A, Islamoglu E, Eren MT, Bakkaloglu M, Ozen H. Prospective long-term followup of patients with asymptomatic lower pole caliceal stones. J Urol. 2007;177: 2189-2192. DOI: 10.1016/j.juro.2007.01.154

13. Yuruk E, Binbay M, Sari E, Akman T, Alti nyay E, Baykal M, Muslumanoglu AY, Tefekli A. A prospective, randomized trial of management for asymptomatic lower pole calculi. J Urol. 2010;183(4):1424-1428. DOI: 10.1016/j.juro.2009.12.022

14. Kang HW, Lee SK, Kim WT, Kim YJ, Yun SJ, Lee SC, Kim WJ. Natural history of asymptomatic renal stones and prediction of stone related events. J Urol. 2013;189(5):1740-1746. DOI: 10.1016/j.juro.2012.11.113

15. Segura JW, Preminger GM, Assimos DG, Dretler SP, Kahn RI, Lingeman JE, Macaluso JN Jr, McCullough DL. Nephrolithiasis Clinical Guidelines Panel summary report on the management of staghorn calculi. The American Urological Association Nephrolithiasis Clinical Guidelines Panel. J Urol. 1994;151(6):1648-1651. DOI: 10.1016/s0022-5347(17)35330-2

16. Preminger GM, Assimos DG, Lingeman JE, Nakada SY, Pearle MS, Wolf JS Jr; AUA Nephrolithiasis Guideline Panel). AUA guideline on management of staghorn calculi: diagnosis and treatment recommendations. J Urol. 2005;173:1991-2000. DOI: 10.1097/01.ju.0000161171.67806.2a

17. Blandy J, Singh M. The case for a more aggressive approach to staghorn stones. J Urol. 1976;115(5):505-506. DOI: 10.1016/s0022-5347(17)59258-7

18. Teichman JM, Long RD, Hulbert JC. Long-term renal fate and prognosis after staghorn calculus management. J Urol. 1995;153:1403-1407. PMID: 7714951

19. Turk C, Knoll T, Petrik A, et al. EAU guidelines on urolithiasis 2014 Arnhem. The Netherlands: European Association of Urology; 2014.

20. de la Rosette J, Denstedt J, Geavlete P, Keeley F, Matsuda T, Pearle M, Preminger G, Traxer O; CROES URS Study Group. The Clinical Research Office of the Endourological Society ure-terorenoscopy global study: indicattons, complicattons, and outcomes in 11,885 pattents. J Endourol. 2014; 28(2):131-139. DOI: 10.1089/end.2013.0436

21. Sabnis RB, Ganesamoni R, Doshi A, Ganpule AP, Jagtap J, De-sai MR. Micropercutaneous nephrolithotomy (microperc) vs. retrograde intrarenal surgery for the management of small renal calculi: a randomized controlled trial. BJU Int. 2013;112(3):355-361. DOI: 10.1111/bju.12164

22. El-Assmy A, El-Nahas AR, Madbouly K, Abdel-Khalek M, Abo-Elghar ME, Sheir KZ. Extracorporeal shock-wave lithotripsy monotherapy of partial staghorn calculi: prognosttc factors and long-term results. Scand J Urol Nephrol. 2006;40:320-325. DOI: 10.1080/00365590600743990

23. Wiesenthal JD, Ghiculete D, Ray AA, Honey RJ, Pace KT. A clinical nomogram to predict the successful shock wave lithotripsy of renal and ureteral calculi. J Urol. 2011;186(2):556-562. DOI: 10.1016/j.juro.2011.03.109

24. Kanao K, Nakashima J, Nakagawa K, Asakura H, Miyajima A, Oya M, Ohigashi T, Murai M. Preoperattve nomograms for predicttng stone-free rate after extracorporeal shock wave lithotripsy. J Urol. 2006;176(4 Pt. 1):1453-1457. DOI: 10.1016/j.juro.2006.06.089

25. Jung H, Norby B, Osther PJ. Retrograde intrarenal stone surgery for extracorporeal shock-wave lithotripsy-resistant kidney stones. Scand J Urol Nephrol. 2006;40(5):380-384. DOI: 10.1080/00365590600679269

26. Caskurlu T, Atts G, Arikan O, Pelit ES, Kilic M, Gurbuz C. The impact of body mass index on the outcomes of retrograde intrarenal stone surgery. Urology. 2013;81(3):517-521. DOI: 10.1016/j.urology.2012.12.008

27. Resorlu B, Unsal A, Ziypak T, Diri A, Atts G, Guven S, Sancak-tutar AA, Tepeler A, Bozkurt OF, Oztuna D. Comparison of retrograde intrarenal surgery, shockwave lithotripsy, and percutaneous nephrolithotomy for treatment of medium-sized radiolucent renal stones. World J Urol. 2013;31(6):1581-1586. DOI: 10.1007/s00345-012-0991-1

28. Bas O, Bakirtas H, Sener NC, Ozturk U, Tuygun C, Goktug HN, Imamoglu MA. Comparison of shock wave lithotripsy, flexible ureterorenoscopy and percutaneous nephrolithotomy on moderate size renal pelvis stones. Urolithiasis. 2014;42(2):115-120. DOI: 10.1007/s00240-013-0615-2

29. Albala DM, Assimos DG, Clayman RV, Denstedt JD, Grasso M, Guti errez-Aceves J, Kahn RI, Leveillee RJ, Lingeman JE, Macaluso JN Jr, Munch LC, Nakada SY, Newman RC, Pearle MS, Preminger GM, Teichman J, Woods JR. Lower pole I: a prospective randomized trial of extracorporeal shock wave lithotripsy and percutaneous nephrolithotomy for lower pole nephrolithiasis—inittal results. J Urol. 2001;166(6):2072-2080. DOI: 10.1016/s0022-5347(05)65508-5

30. Mishra S, Sharma R, Garg C, Kurien A, Sabnis R, Desai M. Prospecttve comparattve study of miniperc and standard PNL for treatment of 1 to 2 cm size renal stone. BJU Int. 2011;108(6):896-899. DOI: 10.1111/j.1464-410X.2010.09936.x

31. Sabnis RB, Jagtap J, Mishra S, Desai M. Treati ng renal calculi 1-2 cm in diameter with minipercutaneous or retrograde intrarenal surgery: a prospecttve comparattve study. BJU Int. 2012;110(8 Pt. B):E346-349. DOI: 10.1111/j.1464-410X.2012.11089.x

32. Michel MS, Trojan L, Rassweiler JJ. Complicattons in percutaneous nephrolithotomy. Eur Urol. 2007; 51(4):899-906. DOI: 10.1016/j.eururo.2006.10.020

33. de la Rosette J, Assimos D, Desai M, Gutierrez J, Lingeman J, Scarpa R, Tefekli A; CROES PCNL Study Group. The Clinical Research Office of the Endourological Society percutaneous nephrolithotomy global study: indicattons, complicattons, and outcomes in 5803 patients. J Endourol. 2011;25(1):11-77. DOI: 10.1089/end.2010.0424

34. Gucuk A, Kemahli E, Uyeturk U, Tuygun C, Yildiz M, Metin A. Routine flexible nephroscopy for percutaneous nephrolithotomy for renal stones with low density: a prospective, randomized study. J Urol. 2013;190(1):144-148. DOI: 10.1016/j.juro.2013.01.009

35. Koga S, Araki Y, Matsuoka MD, Ohyama C. Staghorn calculi: long-term results of management. Br J Urol. 1991;68:122-124. PMID: 1884136

36. Lam HS, Lingeman JE, Mosbaugh PG, Steele RE, Knapp PM, Scott JW, Newman DM. Evolution of the technique of combination therapy for staghorn calculi: a decreasing role for extracorporeal shock wave lithotripsy. J Urol. 1992b;148(Pt. 2):1058-1062. DOI: 10.1016/s0022-5347(17)36816-7

37. Wong C, Leveillee RJ. Single upper-pole percutaneous access for treatment of > or = 5 cm complex branched staghorn calculi: is shockwave lithotripsy necessary? J Endourol. 2002;16(7):477-481. DOI: 10.1089/089277902760367430

38. Marguet CG, Springhart WP, Tan YH, Patel A, Undre S, Albala DM, Preminger GM. Simultaneous combined use of flexible ureterorenoscopy and percutaneous nephrolithotomy to reducethe number of access tracts in the management of complex renal calculi. BJU Int. 2005;96(7):1097-1100. DOI: 10.1111/j.1464-410X.2005.05808.x

39. Al-Kohlany KM, Shokeir AA, Mosbah A, Mohsen T, Shoma AM, Eraky I, El-Kenawy M, El-Kappany HA. Treatment of complete staghorn stones: a prospective randomized comparison of open surgery versus percutaneous nephrolithotomy. J Urol. 2005;173:469-473. DOI: 10.1097/01.ju.0000150519.49495.88

40. Buchholz N. Intracorporeal lithotripters: selecting the optimum machine. BJU Int. 2002;89:157-161. PMID: 11849185

41. Zheg W, Denstedt J. Intracorporeal lithotripsy Update on technology. Urol Clin N Am. 2000;272:301-13. PMID: 10778472

42. Knudsen B, Denstedt J. Intracorporeal Lithotriptors. In: Smith A, Badlani G, Bagley D, et al., eds. Textbook of Endourology. 2nd ed. Hamilton. London: BC Decker Inc; 2006:27-36.

43. Clayman R. Techniques in percutaneous removal of renal calculi. Mechanical extraction and electrohydraulic lithotripsy. Urology. 1984;23:11-19. PMID: 6719673

44. Kurth K, Hohenfellner R, Altwein J. Ultrasound litholapaxy of a staghorn calculus. J Urol. 1977;117:242. DOI: 10.1016/s0022-5347(17)58414-1

45. Piergiovanni M, Desgrandchamps F, Cochand-Priollet B, Janssen T, Colomer S, Teillac P, Le Duc A. Ureteral and bladder lesions after ballistic, ultrasonic, electrohydraulic, or laser lithotripsy. J Endourol. 1994;8:293. DOI: 10.1089/end.1994.8.293

46. Denstedt J, Razvi H, Rowe E, Grignon DJ, Eberwein PM. Investigation of the tissue effects of a new device for intracorporeal lithotripsy—the Swiss Lithoclast. J Urol. 1995;153(2):535-7. DOI: 10.1097/00005392-199502000-00078

47. Denstedt J. Use of Swiss Lithoclast for percutaneous nephrolithotripsy. J Endourol. 1993;7(6):477-480. DOI: 10.1089/end.1993.7.477

48. Wollin TA, Singal RK, Whelan T, Dicecco R, Razvi HA, Denstedt JD. Percutaneous suprapubic cystolithotripsy for treatment of large bladder calculi. J Endourol. 1999; 13(10):739-744. DOI: IO.1089/end.1999.13.739

49. Auge BK, Lallas CD, Pietrow PK, Zhong P, Preminger GM. In vitro comparison of standard ultrasound and pneumatic lithotrites with a new combination intracorporeal lithotripsy device. Urology. 2002;60(1):28-32. PMID: 12100916

50. Hormann R, Webe J, Heidenreich A, Varga Z, Olbert P. Experimental studies and first clinical experience with a new lithoclast and ultrasound combination for lithotripsy. Eur Urol. 2002;42(4):376-381. PMID: 12361904

51. Hormann R, Olbert P, Weber J, Wille S, Varga Z. Clinical experience with a new ultrasonic and LithoClast combination for percutaneous litholapaxy. BJU Int. 2002;90(1):16-19. PMID: 12081762

52. Pietrow PK, Auge BK, Zhong P, Preminger GM. Clinical efficacy of a combination pneumatic and ultrasonic lithotrite. J Urol. 2003;169 (4):1247-1249. DOI: 10.1097/01.ju.0000049643.18775.65

53. Lehman DS, Hruby GW, Phillips C, Venkatesh R, Best S, Monga M, Landman J. Prospective randomized comparison of a combined ultrasonic and pneumatic lithotrite with a standard ultrasonic lithotrite for percutaneous nephrolithotomy. J Endourol. 2008;22(2):285-289. DOI: 10.1089/end.2007.0009

54. De Sio M, Autorino R, Damiano R, Oliva A, Perdona S, D'Armiento M. Comparing Two Different Ballistic Intracorporeal Lithotripters in the Management of Ureteral Stones. Urol Int. 2004;72(suppl 1):52-54. DOI: 10.1159/000076594

55. Rink K, Delacretaz G, Salanthe RP. Fragmentation process of current laser lithotripters. Lasers Surg Med. 1995;16:134-146. PMID: 7769958

56. Nishioka NS, Kelsey PB, Kibbi A, Delmonico F, Parrish JA, Anderson RR. Laser lithotripsy: animal studies of safety and efficacy. Lasers Surg Med. 1988;8:357-362. PMID: 2902499

57. Dretler SP. An evaluation of ureteral laser lithotripsy: 225 consecutive patients. J Urol. 1990;143:267-272. DOI: 10.1016/s0022-5347(17)39929-9

58. Teichman JM. Lasers. In: Smith AD, Badlani GH, Bagley DH, Clayman RV, Docimo SG, Jordan GH, Kavoussi LR, Lee BR, Lingemann JE, Premiinger GM, Segura JW, eds. Smith's Textbook of Endourology. 2nd ed. London: BC Decker Inc Hamilton; 2006:37-40.

59. Bhatta KM, Prien EL Jr, Dretler SP. Cystine calculi - rough and smooth: a new clinical distinction. J Urol. 1989;142(4):937-940. DOI: 10.1016/s0022-5347(17)38946-2

60. Densted JD, Chun SS, Miller MD, Eberwein PM. Intracorporal lithotripsy with the Alexandrite laser. Laser Surg Med. 1997;20(4):433-436. PMID: 9142683

61. Zhong P, Tong HL, Cocks FH, Pearle MS, Preminger GM. Transient cavitation and acoustic emission produced by different laser lithotripters. J Endourol. 1998;12(4):371-378. DOI: 10.1089/end.1998.12.371

62. Marks AJ, Teichman JM. Lasers in clinical urology: state of the art and new horizons. World J Urol. 2007;25(3):227-233. DOI: 10.1007/s00345-007-0163-x

63. Helfmann J, Muller G. Laser lithotripsy: process overview. Med Las Appl. 2001;16:30-37. DOI: 10.1078/1615-1615-00006

64. Schafhauser W, Radlmaier M, Schrott KM, Kuehn R. Erste klinische Erfahrungen mit neuem frequenzverdoppeltem Doppelpuls Neodymium:YAG Laser in der Therapie der Urolithiasis. Urologe A Suppl. 2000;39(1):39.

65. Dubosq F, Pasqui F, Girard F, Beley S, Lesaux N, Gattegno B, Thibault P, Traxer O. Endoscopic lithotripsy and the FREDDY laser: initial experience. J Endourol. 2006;20(5):296-299. DOI: 10.1089/end.2006.20.296

66. Stark L, Carl P. First clinical experiences of laser lithotripsy using the partielly frequency-doubled double pulse neodymium: YAG laser (FREDDY). J Urol. 2001;165(suppl):362A.

67. Jansen ED, Asshauer T, Frenz M, Motamedi M, Delacretaz G, Welch AJ. Effect of pulse duration on bubble formation and laser-induced pressure waves during holmium laser ablation. Lasers Surg Med. 1996;18(3):278-293. DOI: 10.1002/(SICI)1096-9101(1996)18:3<278::AID-LSM10>3.0.CO;2-2

68. Chan KF, Lee H, Teichman JM, Kamerer A, McGuff HS, Vargas G, Welch AJ. Erbium: YAG lithotripsy mechanism. J Urol. 2002;168(2):436-441. DOI: 10.1016/s0022-5347(05)64653-8

69. Freiha GS, Glickmann RD, Teichman JM. Holmium: YAG laser induced damage to guidewires: an experimental study. J Endourol. 1997;11(5):331-336. DOI: 10.1089/end.1997.11.331

70. Teichman JM, Vassar GJ, Bishoff JT, Bellmann GC. Holmium: YAG laser-induced lithotripsy yields smaller fragments than lithoclast, pulsed-dye or electrohydraulic lithotripsy. J Urol. 1998;159(1):17-23. DOI: 10.1016/s0022-5347(01)63998-3

71. Sofer M, Watterson JD, Wollin TA, Nott L, Razvi H, Denstedt JD. Holmium: YAG laser lithotripsy for upper urinary tract calculi In 598 patients. J Urol. 2002;167(1):31-34. DOI: 10.1016/s0022-5347(05)65376-1

72. Teichmann HO, Herrmann TR, Bach T. Technical aspects of lasers in urology. World J Urol. 2007;25(3):221-225. DOI: 10.1007/s00345-007-0184-5

73. Jansen ED, van Leeuwen TG, Motamedi M, Borst C, Welch AJ. Temperature dependence of the absorption coefficient of water for midinfrared laser radiation. Laser Surg Med. 1994;14(3):258-268. PMID: 8208052

74. Teichman JM. Laser lithotripsy. Curr Opin Urol. 2002;12(4): 302-309. PMID: 12072651

75. Kourambas J, Munver R, Preminger GM. Ureteroscopic management of recurrent renal cystine calculi. J Endourol. 2000;14(6):489-492. DOI: 10.1089/end.2000.14.489

76. Teichman JM, Rao RD, Rogenes VJ, Harris JM. Ureteroscopic management of ureteral calculi: electrohydraulic versus holmium: YAG lithotripsy. J Urol. 1997;158(4):1357-1361. DOI: 10.1016/s0022-5347(01)64214-9

77. Razvi HA, Denstedt JD, Chun SS, Sales JL. Intracorporal lithotripsy with the holmium: YAG laser. J Urol. 1996;156(3):912-914. PMID: 8709362

78. Pearle MS, Lingemann JE, Leiveilee R, Kuo R, Preminger GM, Nadler RB, Macaluso J, Monga M, Kumar U, Dushinski J, Albala DM, Wolf JS Jr, Assimos D, Fabrizio M, Munch LC, Nakada SY, Auge B, Honey J, Ogan K, Pattaras J, McDougall EM, Averch TD, Turk T, Pietrow P, Watkins S. Prospective randomized trail comparing shock wave lithotripsy and ureteroscopy for lower pole caliceal calculi 1 cm or less. J Urol. 2005;173(6):2005-2009. DOI: 10.1097/01.ju.0000158458.51706.56

79. Finley DS, Petersen J, Abdelshehid C, Ahlering M, Chou D, Borin J, Eichel L, McDougall E, Clayman RV. Effect of hol-mium: YAG laser pulse width on lithotripsy retropulsion in vitro. J Endourol. 2005; 19(8): 1041-1044. DOI: 10.1089/end.2005.19.1041

80. Nguyen TA, Belis JA. Endoscopic management of urolithiasis in the morbidly obese patient. J Endourol. 1998;12(1):33-35. DOI: 10.1089/end.1998.12.33

81. Grasso M, Chalik Y. Principles and applications of laser lithotripsy: experience with the holmium laser lithotrite. J Clin Laser Med Surg. 1998;16(1):3-7. DOI: 10.1089/clm.1998.16.3

82. Joshi HB, Newns N, Stainthorpe A, MacDonagh RP, Keeley FX Jr, Timoney AG. Ureteral stent symptom questionnaire: development and validation of a multidimensional quality of life measure. J Urol. 2003;169(3):1060-1064. DOI: 10.1097/01.ju.0000049198.53424.1d

83. Nabi G, Cook J, McClinton S. Outcomes of stenting after uncomplicated ureteroscopy: systematic review and meta-analysis. BMJ. 2007;334(7593):572. DOI: 10.1136/bmj.39119.595081.55

84. Chu DI, Lipkin ME, Wang AJ, Ferrandino MN, Preminger GM, Kijvikai K, Gupta NP, Melekos MD, de la Rosette JJ; CROES Global PCNL study group. Lithotrites and postoperative fever: does lithotrite type matter? Results from the clinical research office of the endourological society percutaneous nephrolithotomy global study. Urol Int. 2013;91(3):340-344. DOI: 10.1159/000351752

85. Chen L, Xu QQ, Li JX, Xiong LL, Wang XF, Huang XB. Systemic inflammatory response syndrome after percutaneous nephrolithotomy: an assessment of risk factors. Int J Urol. 2008; 15(12): 1025-1028. DOI: 10.1111/j.1442-2042.2008.02170.x

86. Margel D, Ehrlich Y, Brown N, Lask D, Livne PM, Lifshitz DA. Clinical implicate on of routi ne stone culture in percutaneous nephrolithotomy - a prospective study. Urology. 2006;67(1):26-29. DOI: 10.1016/j.urology.2005.08.008

87. Dogan HS, Guliyev F, Cetinkaya YS, Sofikerim M, Ozden E, Sa-hin A. Importance of microbiological evaluation in management of infectious complications following percutaneous nephrolithotomy. Int Urol Nephrol. 2007;39(3):737-742. DOI: 10.1007/s11255-006-9147-9

88. Gonan M, Turan H, Ozturk B, Ozkardes H. Factors affecting fever following percutaneous nephrolithotomy: a prospective clinical study. J Endourol. 2008;22(9):2135-2138. DOI: 10.1089/end.2008.0139

89. Marriapan P, Smith G, Moussa SA, Tolley DA. One week of ciprofloxacin before percutaneous nephrolithotomy significantly reduces upper tract infecti on and urosepsis: a prospective controlled study. BJU Int. 2006;98(5):1075-1079. DOI: 10.1111/j.1464-410X.2006.06450.x

90. Skolarikos A, de la Rosette J. Prevention and treatment of complications following percutaneous nephrolithotomy. Curr Opin Urol. 2008;18(2):229-234. DOI: 10.1097/MOU.0b013e3282f46afc

91. Singla M, Srivastava A, Kapoor R, Gupta N, Ansari MS, Dubey D, Kumar A. Aggressive approach to staghorn calculi-safety and efficacy of multiple tracts percutaneous nephrolithotomy. Urology. 2008;71(6):1039-1042. DOI: 10.1016/j.urology.2007.11.072

92. Turna B, Nazli O, Demiryoguran S, Mammadov R, Cal C. Percutaneous nephrolithotomy: variables that influence hemorrhage. Urology. 2007;69(4):603-607. DOI: 10.1016/j.urology.2006.12.021

93. Kukreja RA, Desai MR, Sabnis RB, Patel SH. Fluid absorption during percutaneous nephrolithotomy: does it matter? J Endourol. 2002;16(4):221-224. DOI: 10.1089/089277902753752160

94. Yamaguchi A, Skolarikos A, Buchholz NP, Chomon GB, Grasso M, Saba P, Nakada S, de la Rosette J; Clinical Research Office Of The Endourological Society Percutaneous Nephrolithotomy Study Group. Clinical Research Office of the Endourological Society Percutaneous Nephrolithotomy Study Group. Operating times and bleeding complications in percutaneous nephrolithotomy: a comparison of tract dilation methods in 5,537 patients in the Clinical Research Office of the Endourological Society Percutaneous Nephrolithotomy Global Study. J Endourol. 2011;25(6):933-939. DOI: 10.1089/end.2010.0606

95. Jackman SV, Hedican SP, Peters CA, Docimo SG. Percutaneous nephrolithotomy in infants and preschool age children: experience with a new technique. Urology. 1998;52(4):697e701. PMID: 9763096

96. Lahme S, Bichler KH, Strohmaier WL, Go"tz T. Minimally invasive PCNL in patients with renal pelvic and calyceal stones. Eur Urol. 2001;40(6):619-624. PMID: 11805407

97. Kukreja R, Desai M, Patel S, Bapat S, Desai M. Factors affecting blood loss during percutaneous nephrolithotomy: prospective study. J Endourol. 2004;18(8):715-722. DOI: 10.1089/end.2004.18.715

98. Chen Y, Zhou Z, Sun W, Zhao T, Wang H. Minimally invasive percutaneous nephrolithotomy under peritubal local infiltration anesthesia. World J Urol. 2011;29(6):773-777. DOI: 10.1007/s00345-011-0730-z

99. Fu YM, Chen QY, Zhao ZS, Ren MH, Ma L, Duan YS, Jiao ZX, Huang W, Ni SB. Ultrasound-guided minimally invasive percutaneous nephrolithotomy in flank position for management of complex renal calculi. Urology. 2011;77(1):40-44. DOI: 10.1016/j.urology.2010.04.054

100. Li X, He Z, Wu K, Li SK, Zeng G, Yuan J, He Y, Lei M. Chinese minimally invasive percutaneous nephrolithotomy: the guangzhou experience. J Endourol. 2009;23(10):1693-1697. DOI: 10.1089/end.2009.1537

101. Desai MR, Sharma R, Mishra S, Sabnis RB, Stief C, Bader M. Single-step percutaneous nephrolithotomy (microperc): the initial clinical report. J Urol. 2011;186(1):140-145. DOI: 10.1016/j.juro.2011.03.029

102. Chen S, Zhu L, Yang S, Wu W, Liao L, Tan J. High- vs low-power holmium laser lithotripsy: a prospective, randomized study in pati ents undergoing multitract minipercutaneous nephrolithotomy. Urology. 2012;79(2):293-297. DOI: 10.1016/j.urology.2011.08.036

103. Song L, Chen Z, Liu T, Zhong J, Qin W, Guo S, Peng Z, Hu M, Du C, Zhu L, Yao L, Yang Z, Huang J, Xie D. The application of a patented system to minimally invasive percutaneous nephrolithotomy. J Endourol. 2011;25(8):1281-1286. DOI: 10.1089/end.2011.0032.

104. Bilen CY, Gunay M, Ozden E, Inci K, Sarikaya S, Tekgul S. Tubeless mini percutaneous nephrolithotomy in infants and preschool children: a preliminary report. J Urol. 2010;184(6):2498-2502. DOI: 10.1016/j.juro.2010.08.039

105. Hu G, Guo Z, Liu H, Luo M, Liu M, Lai P, Zhang H, Yuan J, Yao X, Zheng J, Xu Y; *Joint first authors: Guanghui Hu and Zhui-feng Guo. A novel minimally invasive percutaneous nephrolithotomy technique: safety and efficacy report. Scand J Urol. 2015;49(2):174-180. DOI: 10.3109/21681805.2014.961545

106. Zeng G, Zhao Z, Wan S, Mai Z, Wu W, Zhong W, Yuan J. Minimally invasive percutaneous nephrolithotomy for simple and complex renal caliceal stones: a comparative analysis of more than 10,000 cases. J Endourol. 2013;27(10):1203-1208. DOI: 10.1089/end.2013.0061

107. Cheng F, Yu W, Zhang X, Yang S, Xia Y, Ruan Y. Minimally invasive tract in percutaneous nephrolithotomy for renal stones. J Endourol. 2010;24(10):1579-1582. DOI: 10.1089/end.2009.0581

108. Guven S, Istanbulluoglu O, Ozturk A, Ozturk B, Piskin M, Cicek T, Kilinc M, Ozkardes H, Arslan M. Percutaneous nephrolithotomy is highly efficient and safe in infants and children under 3 years of age. UrolInt. 2010;85(4):455-460. DOI: 10.1159/000316077

109. Lu MH, Pu XY, Gao X, Zhou XF, Qiu JG, Si-Tu J. A comparative study of clinical value of single B-mode ultrasound guidance and B-mode combined with color doppler ultrasound guidance in mini-invasive percutaneous nephrolithotomy to decrease hemorrhagic complications. Urology. 2010;76(4):815-820. DOI: 10.1016/j.urology.2009.08.091

110. Zhong W, Zeng G, Wu W, Chen W, Wu K. Minimally invasive percutaneous nephrolithotomy with multiple mini tracts in a single session in treating staghorn calculi. Urol Res. 2011;39:117-122. DOI: 10.1007/s00240-010-0308-z

111. Zeng G, Zhu W, Li J, Zhao Z, Zeng T, Liu C, Liu Y, Yuan J, Wan SP. The comparison of minimally invasive percutaneous nephrolithotomy and retrograde intrarenal surgery for stones larger than 2 cm in patients with a solitary kidney: a matched-pair analysis. World J Urol. 2015;33:1159-1164. DOI: 10.1007/s00345-014-1420-4

112. Wu W, Zhao Z, Zhu H, Yang D, Ou L, Liang Y, Zhao Z, Zeng G. Safety and efficacy of minimally invasive percutaneous nephrolithotomy in treatment of calculi in horseshoe kidneys. J Endourol. 2014;28(8):926-929. DOI: 10.1089/end.2013.0760

113. Zhu W, Liu Y, Liu L, Lei M, Yuan J, Wan SP, Zeng G. Minimally invasive versus standard percutaneous nephrolithotomy: a meta-analysis. Urolithiasis. 2015;43(6):563-570. DOI: 10.1007/s00240-015-0808-y

114. Rassweiler J, Rassweiler MC, Klein J. New technology in ureteroscopy and percutaneous nephrolithotomy. Curr. Opin. Urol. 2016;26(1):95-106. DOI: 10.1097/MOU.0000000000000240

115. Schilling D, Husch T, Bader M, Herrmann TR, Nagele U, Training and Research in Urological Surgery and Technology (T.R.U.S.T.)-Group. Nomenclature in PCNL or the Tower of Babel: a proposal for a uniform terminology. World J Urol. 2015;33:1905-1907. DOI: 10.1007/s00345-015-1506-7

116. Wang Y, Hou Y, Jiang F, Wang Y, Chen Q, Lu Z, Hu J, Wang X, Lu J, Wang C. Standard-tract combined with mini-tract in percutaneous nephrolithotomy for renal staghorn calculi. Urol Int. 2014;92(4):422-426. DOI: 10.1159/000354427.

117. Hennessey DB, Kinnear NK, Troy A, Angus D, Bolton DM, Webb DR. Mini PCNL for renal calculi: does size matter? BJU Int. 2017;119 Suppl 5:39-46. DOI: 10.1111/bju.13839.

118. Schoenthaler M, Wilhelm K, Hein S, Adams F, Schlager D, Wetterauer U, Hawizy A, Bourdoumis A, Desai J, Miernik A. Ultra-mini PCNL versus flexible ureteroscopy: a matched analysis of treatment costs (endoscopes and disposables) in patients with renal stones 10-20mm. World J Urol. 2015;33(10):1601-1605. DOI: 10.1007/s00345-015-1489-4

119. Shah AK, XuK, Liu H, Huang H, Lin T, Bi L, Jinli H, Fan X, Shrestha R, Huang J. Implementation of ultramini percutaneous nephrolithotomy for treatment of 2-3 cm kidney stones: a preliminary report. J Endourol. 2015;29(11):1231-1236. DOI: 10.1089/end.2015.0171

120. Pullar B, Havranek E, Blacker TJ, Datta SN, Somani B, Sriprasad S, Ratan H, Scriven S, Choong S, Smith RD, Mackie S, Watson G, Wiseman OJ. Early multicentre experience of ultra-mini percutaneous nephrolithotomy in the UK. J Clin Urol. 2016;8: 55-63. DOI: 10.1177/2051415816658416

121. Demirbas A, Resorlu B, Sunay MM, Karakan T, Karagoz MA, Doluoglu OG. Which should be preferred for moderate-size kidney stones? Ultramini percutaneous nephrolithotomy or retrograde intrarenal surgery? J Endourol. 2016;30(12):1285-1289. DOI: 10.1089/end.2016.0370

122. Datta SN, Solanki R, Desai J. Prospective outcomes of ultra mini percutaneous nephrolithotomy: a consecutive cohort study. J Urol. 2016;195(3):741-6. DOI: 10.1016/j.juro.2015.07.123

123. Karakan T, Kilinc MF, Doluoglu OG, Yildiz Y, Yuceturk CN, Bagcioglu M, Karagoz MA, Bas O, Resorlu B. The modified ultra-mini percutaneous nephrolithotomy technique and comparison with standard nephrolithotomy: a randomized prospective study. Urolithiasis. 2017;45(2):209-213. DOI: 10.1007/s00240-016-0890-9

124. Bagcioglu M, Demir A, Sulhan H, Karadag MA, Uslu M, Tekdogan UY. Comparison of flexible ureteroscopy and micropercutaneous nephrolithotomy in terms of cost-effectiveness: analysis of 111 procedures. Urolithiasis. 2016;44(4):339-344. DOI: 10.1007/s00240-015-0828-7

125. Ol?ucuoglu E, Kasap Y, Ol?ucuoglu E, §irin ME, Gazel E, Ta §temur S, Odabas O. Micropercutaneous nephrolithotripsy: initial experience. Wideochir Inne Tech Maloinwazyjne. 2015;10(3):368-372. DOI: 10.5114/wiitm.2015.54223

126. Sabnis RB, Ganesamoni R, Ganpule AP, Mishra S, Vyas J, Jag-tap J, Desai M. Current role of microperc in the management of small renal calculi. Indian J Urol. 2013;29(3):214-218. DOI: 10.4103/0970-1591.117282


Об авторах

П. В. Трусов
ГАУ РО Областной консультативно-диагностический центр
Россия

Трусов Пётр Владимирович - врач уролог, заведующий отделением РХМДиЛ.

Ростов-на-Дону


А. А. Гусев
ФГБОУ ВО «Ростовский государственный медицинский университет» МЗ РФ
Россия

Гусев Андрей Анатольевич - кандидат медицинских наук, доцент; доцент кафедры урологии и репродуктивного здоровья человека с курсом детской урологии-андрологии ФПК и ППС.

Ростов-на-Дону, тел.: +7 (928) 227-38-72



Для цитирования:


Трусов П.В., Гусев А.А. Лечение камней почек: стандарты и инновации. Вестник урологии. 2019;7(2):93-111. https://doi.org/10.21886/2308-6424-2019-7-2-93-111

For citation:


Trusov P.V., Gusev A.A. Treatment of kidney stones: standards and innovations. Urology Herald. 2019;7(2):93-111. (In Russ.) https://doi.org/10.21886/2308-6424-2019-7-2-93-111

Просмотров: 883


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2308-6424 (Online)