С урологией я начал знакомиться в 1966 году, будучи студентом 2-го курса в факультетской хирургической клинике, возглавляемой профессором Русаковым Вадимом Ивановичем. Первым источником моих теоретических знаний стал учебник «Урология», написанный заведующим кафедрой урологии Первого Московского медицинского института профессором И.М. Эпштейном в 1959 году. На 4-м курсе я слушал лекции В.И. Русакова по урологии, но их было всего две. Практической урологии в те годы я учился непосредственно у доцента Красулина Виктора Васильевича. В 1972 году я стал штатным врачом единственного в городе Ростове-на-Дону отделения урологии в Больнице скорой помощи, в которой затем проработал 30 лет в начале как врач, а затем 22 года как сотрудник университета.

Урология 60 – 70-х годов XX века с практической точки зрения мало отличалась от урологии 30 – 50-х годов. В открытой хирургии доминировали операции по удалению камней почек, мочеточников, мочевого пузыря, аденомэктомия, цистостомия, резекция мочевого пузыря при опухолях, простая нефрэктомия при разных заболеваниях, в том числе при раке почки, а также операции на мошонке при водянке оболочек яичек, крипторхизме у взрослых, операции при варикоцеле по Иванисcевичу / Ivanissevich.

Пo-серьёзному урология стала меняться в России во второй половине 80-х годов с внедрением дистанционной ударно-волновой терапии мочекаменной болезни (МКБ), в начале 90-х годов — с развитием эндоурологии аденомы простаты и МКБ, в середине 90-х годов — с внедрением радикальной хирургии рака простаты и цистэктомии с кишечной деривацией мочи. В это же время началось развитие андрологии и прежде всего оперативной. Конец 90-х годов и начало 2000-х — это качественный старт лапароскопической, а 10 лет спустя — и робот-ассистированной хирургии в урологии.

Мне повезло в моей профессиональной жизни: я познал старую, «классическую» урологию, а затем оказался вовлечённым в эпоху перемен, как в урологии, так и в медицине в целом.

Сегодня урология — обширнейшая урологическая наука и практика с многими субспециальностями и развитием междисциплинарных связей (урогинекология, эндокринная уроандрология, нейроурология, психосоматика и урология и так далее)

За более чем 50-летний период моей жизни и жизни моих коллег-сверстников изменилось многое. Что-то исчезло напрочь и ушло в историю, что-то видоизменилось до неузнаваемости, что-то сохранилось в целости, при этом появилось невероятно много нового.

Жизнь никогда не стоит на месте, нам важно в этой жизни не остаться на месте. В каждом из нас сидит своя доля консерватизма, в чём-то она помогает (например, избегать необдуманного авантюризма в хирургии), а в чем-то тормозит и каждого из нас, и наше общее дело.

Задача каждого из нас быть господином своего сегодняшнего времени. Воспринимать новое, обдумывать его, обсуждать, сравнивать с прошлым, оставлять это «старое» или отодвигать в историю, а новое или отвергать или принимать с готовностью.

С этой точки зрения я хотел бы обсудить с Вами, коллеги, моё мнение о терминах, понятиях, которыми мы ежедневно пользуемся и часто не задумываемся о их сути. Соответствуют ли они дню сегодняшнему?

Итак, я хочу рассмотреть не те понятия, что являются профессиональным жаргоном, а только те, что приводятся в официальных изданиях, в том числе в документах государственного уровня.

Я описал своё видение только некоторой лежащей на поверхности части понятий, которые неприемлемы в рамках текущих знаний в урологии. Умение и воля отказаться от устаревших толкований не означает отказа от тех многих десятилетий развития урологии, когда эти толкования господствовали в профессиональном языке. И, конечно, не означает отказа от истории отечественной урологии и её выдающихся деятелей и врачей, что вершили развитие специальности. Большинство достижений любого времени остаётся в рамках этого времени, и лишь немногие из них переживают десятилетия и века. Ныне живущим важно наполняться знаниями, в том числе и знаниями предшествующих поколений, но творить сегодняшнюю урологию следует инструментами текущего дня. Будем же достаточно смелыми, чтобы наполнять наш профессиональный мир новыми преставлениями о сути болезней, их выявлении и лечении. Новые термины и понятия, такие как «метогеномное секвенирование», «протеомика» и «метоболомика», «микробиота» и «микробиом», «3D» и «4К», «хромосомные аберрации», «нуклеотидные последовательности», «митохондриальная и ядерная ДНК», «ингибиторы иммунных контрольных точек» и «ингибиторы обратного захвата серотонина» и великое множество других новых терминов и определений должны переполнять наш мозг, являясь основой новейших исследований и клинического мышления дня сегодняшнего и завтрашнего.