Евгений Владимирович Помешкин — канд. мед. наук; заведующий урологическим отделением № 2; доцент кафедры внутренних болезней
Санкт-Петербург
Кемерово
Evgeny V. Pomeshkin — M.D., Cand.Sc.(Med); Head, Urology Division #2; Assoc.Prof., Dept. of Internal Medicine
St. Petersburg
Kemerovo
Сергей Валерьевич Попов — д-р мед. наук, профессор; главный врач, руководитель городского центра эндоскопической урологии и новых технологий
Санкт-Петербург
Sergey V. Popov — M.D., Dr.Sc. (Med), Full Prof.; Chief Medical Officer & Head, City Centre for Endoscopic Urology and New Technologies
St. Petersburg
Игорь Николаевич Орлов — канд. мед.наук; заместитель главного врача по медицинской части
Санкт-Петербург
Igor N. Orlov — M.D., Cand.Sc.(Med); Deputy Chief Medical Officer for Medicine, City Centre of Endoscopic Urology and New Technologies
St. Petersburg
Андрей Игоревич Брагин-Мальцев — врач-уролог урологического отделения; ассистент кафедры факультетской хирургии и урологии
Кемерово
Andrey I. Bragin-Maltsev — M.D.; Urologist, Urology Division; Assist.Prof., Dept. of General Surgery and Urology
Kemerovo
Светлана Александровна Помешкина — д-р мед. наук; ведущий научный сотрудник лаборатории реабилитации
Кемерово
Svetlana A. Pomeshkina — M.D., Dr.Sc.(Med); Leading Researcher, Laboratory of Rehabilitation
Kemerovo
Ольга Леонидовна Барбараш — д-р мед. наук, профессор, акад. РАН; директор
Кемерово
Olga L. Barbarash — M.D., Dr.Sc.(Med), Full Prof., Acad. of the RAS; Director
Kemerovo
Введение. В последние годы клинический и практический интерес к злокачественным новообразованиям и заболеваниям сердечно-сосудистой системы крайне велик. Данные нозологии являются основными причинами госпитализаций и смертности во всем мире.
Цель исследования. Оценить распространённость сердечно-сосудистых заболеваний и факторов их риска среди пациентов с впервые выявленным раком предстательной железы (РПЖ), а также выявить взаимосвязь тяжести РПЖ с наличием ишемической болезни сердца (ИБС).
Материалы и методы. В исследование включены 140 пациентов с впервые диагностированным РПЖ. Медиана возраста — 65 [62; 70] лет. Всем пациентам определяли уровень простатспецифического антигена (ПСА), производили магнитнорезонансную томографию органов малого таза, биопсию предстательной железы с определением степени дифференцировки опухоли по Gleason. Все пациенты заполняли опросник международного индекса эректильной функции (МИЭФ-5). В зависимости от наличия ИБС все пациенты были разделены на две группы: пациенты с РПЖ без ИБС — группа 1 (n = 94 (67 %)) и пациенты с РПЖ и ИБС — группа 2 (n = 46 (33 %)).
Результаты. Группы не различались по таким показателям, как возраст, индекс массы тела, липидный статус, частота встречаемости сахарного диабета 2 типа, объём простаты. Однако у пациентов с ИБС более выражена эректильная дисфункция в отличие от пациентов без ИБС (10 и 18 баллов по шкале МИЭФ-5 соответственно; p = 0,03). Уровень ПСА значимо выше в группе пациентов с ИБС чем в группе без ИБС (15,8 нг/мл и 10,1 нг/мл соответственно; p = 0,03), что говорит о возможно более высокой злокачественности процесса. Кроме того, в группе пациентов с ИБС статистически значимо чаще встречались пациенты с более высокой степенью злокачественности РПЖ по классификации Международного общества уропатологов ISUP 4 / 5 в отличие от пациентов без ИБС (12 (26%) и 10 (11%) соответственно; p = 0,01). При сравнительном анализе риска возможного рецидива РПЖ, который учитывался по таким параметрам, как уровень ПСА, индекс Gleason с определением ISUP, оказалось, что в группе пациентов с ИБС было статистически значимо больше пациентов с высоким риском прогрессии в сравнении с пациентами без ИБС (20 (44 %) и 26 (28%) соответственно; p = 0,02).
Заключение. Пациенты с РПЖ и сопутствующей ИБС имеют более выраженные нарушения эректильной функции, характеризуются более тяжёлым коморбидным фоном, в анамнезе чаще отмечается ОНМК. Кроме того, пациенты с РПЖ и наличием ИБС имеют более высокую степень злокачественности опухолевого процесса и более высокий риск прогрессии РПЖ.
Introduction. In recent years, the clinical and practical interest in malignant neoplasms and diseases of the cardiovascular system has been extremely high. These nosologies are the leading causes of hospitalisations and deaths worldwide.
Objective. To assess the prevalence of coronary heart disease and risk factors among patients with newly diagnosed prostate cancer, as well as to identify their relationship with the severity of prostate cancer.Materials & methods. The study included 140 newly diagnosed prostate cancer (PCa) patients with a median age of 65 [62; 70] years. All patients had the level of prostate-specific antigen, pelvic MRI, prostate biopsy with determination of Gleason score, all patients filled out the questionnaire of the International Index of Erectile Function (IIEF-5). Depending on the presence of coronary heart disease (CHD), all patients were divided into two groups: Group 1 — 94 (67%) PCa patients without CHD; Group 2 — 46 (33%) PCa patients with CHD
Results. In a comparative analysis, the groups did not differ in indicators such as age, BMI, prostate volume, incidence of diabetes mellitus type 2, and lipid status level. However, in PCa patients with CHD, erectile dysfunction was statistically significantly more pronounced than in patients without CHD (10 vs 18 IIEF5 points, p = 0.03), respectively. In terms of PSA levels, it turned out that in Group 2, this indicator was significantly higher than in Group 1 (15.8 ng/ml vs 10.1 ng/ml, p = 0.03), respectively, which indicates possibly more high malignancy of the process. Furthermore, in Group 2, patients with a high grade PCa according to the classification of The International Society of Urological Pathology (ISUP) 4 / 5 were statistically significantly more common compared to patients of Group 1 (12 (26%) vs. 10 (11%), p = 0.01), respectively. In a comparative analysis of patients depending on the risk of a possible PCa recurrence of , which was taken into account by such parameters as PSA level, Gleason index + ISUP grade, it turned out that in Group 2 there were statistically significantly more patients with a higher risk of PCa progression compared to Group 1 (20 (44%) vs 26 (28%), p = 0.02), respectively.
Conclusion. PCa patients with concomitant CHD are characterized by a higher waist circumference, they had lower indicators of erectile function, a more pronounced comorbid background, and more often had a history of stroke. In addition, PCa patients with CHD had a high grade PCa and a higher risk of PCa progression.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.