Рамазан Умаханович Маммаев
Москва
Ramazan U. Mammaev
Moscow
Сафар Исраилович Гамидов — д-р мед. наук, профессор
Москва
Safar I. Gamidov — Dr.Sc.(Med), Full Prof.
Moscow
Тарас Валерьевич Шатылко — канд. мед. наук
Москва
Taras.V. Shatylko — Cand.Sc.(Med)
Moscow
Руслан Ильясович Сафиуллин — д-р мед. наук
Москва
Ruslan I. Safiullin — Dr.Sc.(Med)
Moscow
Никита Петрович Наумов — канд. мед. наук
Орехово-Зуево
Nikita P. Naumov — Cand.Sc.(Med)
Orekhovo-Zuyevo
Кянан Сафарович Гулузаде
Москва
Kanan. S. Guluzade
Moscow
Введение. Основная задача оперативного лечения стриктуры уретры — восстановление адекватного мочеиспускания. В связи с улучшением и стандартизацией хирургических техник можно ожидать высоких результатов в отношении мочеиспускания. Тем не менее пациенты, особенно среднего и молодого возрастов, могут быть заинтересованы в сохранении репродуктивной функции. В настоящее время в литературе практически нет данных о фертильности мужчин после уретропластики.
Цель исследования. Оценить характер и распространённость репродуктивных нарушений среди пациентов, перенёсших оперативное лечение стриктуры уретры.
Материалы и методы. В проспективное когортное сравнительное исследование включены 54 мужчины, из которых 30 составили группу пациентов со стриктурой передней уретры, подвергнутых уретропластике, а 24 пациентам было выполнено обрезание крайней плоти (группа сравнения). Кроме стандартного предоперационного обследования проводили спермиологический анализ эякулята, определение уровня гормонов крови (общий тестостерон, ЛГ, ФСГ), а также УЗИ органов мошонки, ТРУЗИ предстательной железы и семенных пузырьков. Исследования выполняли перед операцией, на 3-й, 6-й и 12-й месяцы после операции.
Результаты. При сравнении исходных данных групп статистически значимые различия обнаружены по показателям спермиологического анализа эякулята, данным УЗИ, но не в отношении гормонального профиля: уровней ФСГ, ЛГ и общего тестостерона. На 3-й месяц после уретропластики обнаружено увеличение частоты признаков воспаления добавочных половых желёз (с 40,0% до 63,3%), лейкоцитоспермии (с 20,0% до 46,7%), а также вискозипатии (с 33,3% до 53,3%). Кроме того, отмечено увеличение количества положительных результатов посева эякулята после операции в группе пациентов после реконструкции уретры (с 33,3% до 53,3%).
Заключение. К статистически значимым изменениям относились повышение частоты вискозипатии, лейкоцитоспермии и изменение pH эякулята. Кроме того, у пациентов после уретропластики установлено увеличение частоты воспаления добавочных половых желёз.
Introduction. The principal aim of surgery for urethral stricture is to restore satisfactory voiding. Given the refinement and standardisation of contemporary reconstructive techniques, excellent functional urinary outcomes are now routinely achievable. Nevertheless, men of reproductive and middle age are often equally concerned about preserving fertility. Currently, however, the literature provides very limited information on reproductive outcomes in men following urethroplasty.
Objective. To characterise the pattern and prevalence of reproductive disorders in men who have undergone surgical treatment for urethral stricture.
Materials & methods. In this prospective comparative cohort study, 54 men were enrolled: 30 patients with anterior urethral stricture who underwent urethroplasty and 24 men who had circumcision and served as a comparison group. In addition to standard preoperative assessment, all participants underwent semen analysis, measurement of serum hormones (total testosterone, LH, FSH), scrotal ultrasonography, and transrectal ultrasound of the prostate and seminal vesicles. These investigations were performed preoperatively and then repeated at 3, 6 and 12 months after surgery.
Results. Comparison of baseline characteristics between groups showed statistically significant differences in semen analysis parameters and ultrasound findings, but not in hormonal profile, with FSH, LH and total testosterone levels remaining comparable. At three months after urethroplasty there was an increase in the prevalence of signs of male accessory gland inflammation (from 40.0% to 63.3%), leukocytospermia (from 20.0% to 46.7%) and abnormal semen viscosity (from 33.3% to 53.3%). In addition, the proportion of positive semen cultures rose from 33.3% to 53.3% in the urethral reconstruction group.
Conclusion. Statistically significant postoperative changes included higher rates of abnormal semen viscosity, leukocytospermia and altered ejaculate pH. Furthermore, men after urethroplasty showed an increased frequency of male accessory gland inflammation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.